В канун праздника Пятидесятницы, или Троицы, когда Церковь празднует сошествие Святого Духа на апостолов, совершается особый день памяти — Троицкая родительская суббота. В этот день Церковь молится сразу за всех, кто когда-либо жил на земле, — «от века усопших православных христиан». Поэтому Троицкую субботу называют еще вселенской.
Праздник Пятидесятницы — это рождение новой реальности, Церкви Христовой. Дух Святой нисходит на учеников Иисуса Христа и дает им дар апостольства — благодатные силы идти по всей земле с проповедью Евангелия, распространять веру, возвещать победу жизни над смертью. С тех пор Дух Святой продолжает жить в Церкви и созидать ее. И именно перед этим торжеством обновления Церковь словно собирает в объятия всех своих детей — и живых, и умерших. Ведь Церковь — это не только мы, стоящие сегодня в храмах. Это еще и те, кто веками ее наполнял. Пятидесятница — это праздник соединения небесного и земного, живых и усопших. И наша молитва накануне праздника  становится частью этого вселенского единства.
Еще один вопрос: зачем мы молимся за усопших? Тут все просто. Даже после смерти душа человека нуждается в молитве. Ведь молитва — это не что иное, как выражение нашей любви к усопшим. И когда мы молимся за умерших, то протягиваем им руку помощи и поддержки через пространство и время, входим в вечность, где наша любовь к дорогим нам людям соединяется с любовью Божией к ним. Молитва за усопших становится крыльями, которые возносят душу человека к Богу, Тому, Кто есть сама любовь в ее высшем выражении.
В Троицкую вселенскую родительскую субботу мы молимся не только за «своих» — родных, друзей, знакомых. Церковная молитва в этот день совершается за всех: за забытых, за погибших на войнах, пропавших без вести, умерших без причастия, за тех, о ком некому вспомнить. И в этом великая надежда для каждого: даже если на земле уже нет никого, кто бы произнес наше имя, о нас будет помнить Церковь.
Никто не поленится помянуть своих родителей; но поминать надо и всех православных христиан, и не в этот только день, а во всякое время, на всякой молитве. Сами там будем, и понуждаемся в молитве этой, как бедный в куске хлеба и чаше воды. Помни, что молитва об усопших и сильна общностью — тем, что идет от лица всей Церкви. Церковь дышит молитвою. Но как в естественном порядке, при беременности мать дышит, а сила дыхания переходит и на дитя, так и в благодатном порядке Церковь дышит общею всех молитвою, а сила молитвы переходит и на усопших, содержимых в лоне Церкви, которая слагается из живых и умерших, воюющих и торжествующих. Не поленись же на всякой молитве усердно поминать всех отшедших отец и братий наших. Это будет от тебя им милостыня…
В Церкви нет «чужих». В вечности мы все одна большая семья. И наша память об умерших — это не про смерть, а про жизнь, которая сильнее смерти.